24.02.2026
ВСЕ ФОТО – ВЛАДИМИР ЯРОЦКИЙ/MUSTAFIN MAGAZINE
Текст: Владимир Яроцкий
Зачем Adamdart переехал ниже Ташкентской
Основатель социального театра о соседях, барьерах и документалистике на сцене
В Алматы есть выражение, которое звучит и как география, и как социальный комментарий одновременно: “ниже Ташкентской”. Не приговор – но граница. Там заканчивается самоуверенный центр с обязательной террасой и начинается город, который не обязан быть удобным: вокзал, транзит, люди без светского макияжа, дома без легенды, подъезды, где никто не обещал культурного ренессанса.
И именно там – на Панфилова, чуть ниже Райымбека (бывшей Ташкентской), в двухэтажном доме бывшего общежития, где квартиры над тобой и сбоку, у театра Adamdart появилась новая площадка – камерная, всего на 40 мест. Тот случай, когда “мало” превращается в “правильно”, особенно для социального театра, который плохо помещается в большие залы, где эмоцию приходится усиливать микрофоном.
Автор Mustafinmag встретился с основателем театра Андреем Пащенко и поговорил с ним о новом доме, социальных проектах и состоянии документального театра.
Первый этаж
Adamdart долго существовал “как положено независимым” театрам, живя на верхах. У него было несколько адресов: третий этаж с винтовой лестницей, потом офисный центр и снова третий этаж, но уже с лифтом.
Андрей несколько лет упрямо искал первый этаж, с фильтром по цене и реальности. Театр, который говорит о равенстве, не может начинаться с барьера. Наконец, нашлись две комнаты: большая, под сцену, и маленькая, под чайник, ожидание, и тот самый театральный быт, который никогда не попадает в афишу.
Ремонт длился два месяца: потолки, стены, свет и серьезная звукоизоляция, как постулат о том, что театр в жилом доме должен уметь договариваться.
Метод культурной дипломатии
Андрей признается: он всегда боится соседей. Поэтому знакомиться пошел сразу, вооружившись поддержкой коллег и коробкой конфет. Обошли квартиры, посмотрели людям в глаза, попытался понять температуру дома до того, как вложиться в ремонт.
Простого “Привет, мы теперь здесь. С наступающим” оказалось достаточно: афиша появилась на двери подъезда, а в зале – зрители в тапочках.
Социальный театр, кажется, нормально начинать с соседского разговора.
Три лаборатории и один принцип
Adamdart называют себя социальным театром “про людей и вместе с людьми”. Здесь нет труппы в классическом смысле – скорее система лабораторий:
- •
Инклюзивная группа, где люди с особыми потребностями и без работают вместе
- •
Лаборатория “60+”, где возраст – не приговор и не ограничение, а приглашение для тех, кому всегда неловко кого-то беспокоить, выйти на сцену
- •
Лаборатория документального театра – читки и спектакли на основе реальных историй, документальные пьесы и вербатим как способ услышать все оттенки речи.
Здесь спорят о форме и том, как не превратить документальность в “стул-лампочка-текст”, сохранив уважение к автору и материалу. Направления перемешиваются. Люди переходят из группы в группу. Темы перетекают. Так, внутри афиши появляется движение.
Команда без вертикали
В театре шесть человек “ядра” и волонтерская группа. В кураторской команде: сам Андрей, Никита Аверьянов (арт-директор и дизайнер), Даша Вашнева (инклюзивная группа), Марк Куклин (60+) и Никита Иляшенко (док-лаборатория). Плюс Хейдина Мажиева, которая ведет волонтеров и помогает с публичностью. И еще один частный человек, на тихом "я помогу" которого держится оплата аренды.
Главный принцип – отсутствие вертикали “я придумал – вы сделали”. Есть общий чат, обсуждения, решения маленькой компанией. Способ выживания независимого проекта, где все держится на энергии, а не на статусе.
Стратегия “главное – начать”
Андрей не производит впечатления человека, пришедшего делать миссию. Скорее – просто работу. Он родился в Воронежской области, в украинской семье. Учился в Екатеринбурге, работал в разных городах. Социальный театр он может объяснить буквально на пальцах – в том числе через жестовый язык.
В Казахстан приехал в 2022 году – не с планом, а с необходимостью. Об этом он говорит спокойно. Без пафоса эмиграции и героизма. Просто: приехал, искал, включался.
Тогда театры стали его картой города: площадки, пространства, чаты, встречи. Работать “в театр” он не идет: слишком много приехавших, слишком мало мест, слишком высока цена бытовой реальности. Уходит в фонды. Потом – почти случайная встреча и возможность стать независимым.
Документальный театр в Алматы любят не все. Именитые критики сюда заглядывают редко. Социальный и документальный театр часто существует под стигмой “скучный”.
У Adamdart зал заполняется. После каждого спектакля – обсуждение. Люди остаются, говорят, спорят, иногда плачут.
Андрей не воюет с предубеждениями. Иногда просто не пишет в афише слово “документальный”. Если форма игровая – пусть зритель сначала чувствует, а потом классифицирует.
Главное – не предать текст и не отредактировать боль до удобства.
Украинский клуб
Параллельно Андрей ведет украинский культурный клуб – пространство для языка, чтобы дети слышали родную речь, чтобы люди могли встречаться. Без официального патронажа, без разрешений.
Украинцев в Алматы много, но мест для языка – мало. Люди закрываются по домам, живут в пузырях, боятся лишних вопросов. Он делает место встречи.
Что дальше
У театра появляется ритм – регулярный репертуар как план выживания.
В ближайшее время:
- •
“Утечка” (группа 60+) – 7 марта
- •
Продолжение показов “Даже если плохо – прекрасно”
- •
Документальная работа Ирины Гунькиной (актрисы с ДЦП): о себе, школе и взрослых (эскиз спектакля, собственно, так и называется – “Я спрашивала у взрослых”)
- •
Эскиз инклюзивной группы с Дашей Вашневой
- •
Детский спектакль “Стойкий оловянный солдатик”
- •
Аудио погружение “Глаза города”
- •
Лекция об инклюзии через культуру “Мы все разные. Теперь что?”
Это звучит как много, потому что так и есть. Театр перестает быть редким событием и становится местом, куда можно прийти снова и в любые выходные.
Ниже Ташкентской
Площадка на 40 мест – немного. Но иногда достаточно, чтобы город услышал себя без усилителя.
Если у Алматы есть линия правды, то, возможно, она проходит именно здесь, в доме с квартирами над сценой, где люди тратят газ, сушат белье и переписываются в домовом чате.Где соседи знают, что по вечерам внизу идет театр, куда можно прийти в тапочках.
Читайте также
Куда сходить в выходные: быстрые свидания, рейвы и выставки
Мероприятия в Алматы и Астане – как для влюбленных, так и для одиноких
13.02.2026
Куда сходить в выходные: панельные дискуссии, музыка и театр
06.02.2026