23.09.2026
Коллаж: Magnific / wirestock
Текст: Акбота Ибрагимова
Как климат и новые привычки меняют винную индустрию
Лучший сомелье Казахстана Артем Лебедев – о жаре и безалкогольном алкоголе
Аномальная жара добралась и до вина. В 2026 году высокие температуры и засуха ускорили созревание винограда в Европе: ягоды быстрее набирают сахар и теряют кислотность, а вместе с этим меняются крепость, аромат и привычный вкус вина. В Шампани ситуация дошла до того, что местным производителям пришлось адаптироваться к винограду с необычно высоким содержанием сахара. И это уже не единичная аномалия, а часть больших изменений, которые постепенно перекраивают мировую винную карту.
Mustafinmag поговорили об этом с Артемом Лебедевым, который в начале сентября в Алматы получил звание лучшего сомелье Казахстана на юбилейном конкурсе Les Grands Chais de France The Best Sommelier of Kazakhstan 2026. Вместе мы обсудили, куда из-за жары движется виноделие, почему тяжелые вина уступают место более легким, что выбирают зумеры и как на фоне мировых трендов меняется винная культура Казахстана.
Климат меняет правила виноделия
Коллаж: Instagram / kleinconstantia, Unsplash / mokngr
Артем Лебедев
Изменение климата оказывает фундаментальное влияние на индустрию, и если 10 лет назад к этому феномену относились со скепсисом, то сегодня смещение фенофаз стало константой. Виноград набирает сахар быстрее, из-за чего сроки сбора в классических регионах сместились с традиционных октября-ноября на июль-август, создавая дисбаланс между фенологической и технологической зрелостью.
Сомелье
Аномальные летние температуры ускоряют вызревание ягоды: виноград быстрее теряет естественную свежесть и набирает избыточный сахар. На выходе это может давать чрезмерно алкогольные вина с плоским, “джемовым” профилем и утраченной структурой. Ситуацию дополнительно усложняет разбалансировка климата: экстремальная жара чередуется с засухами, градом и затяжными дождями, поэтому миллезимы становятся все менее предсказуемыми.
Сильнее всего изменения ощущают регионы у южной границы традиционного винодельческого пояса – юг Испании и Италии, север Африки. Здесь ключевым фактором выживания становятся охлаждающие мезоклиматы, доступ к воде и возможность уходить выше в горы. Одновременно выигрывают территории, которые раньше считались слишком холодными для виноделия.
Мировая винная карта уже перекраивается. Великобритания и страны Балтии делают заметный рывок, экспериментальные виноградники появляются вплоть до Скандинавии. В Южном полушарии виноделие смещается в прохладную Патагонию, на юг Чили, Аргентины и Новой Зеландии. Потенциал раскрывают высокогорные и северные регионы Китая. Территории, где раньше виноград с трудом достигал зрелости, сегодня получают шанс стать новыми центрами свежих и элегантных вин.
Как адаптируются виноделы
Коллаж: Pinterest / ninnelladp, idenconvey
Главная адаптация происходит не столько на производстве, сколько на самом винограднике. Виноградари пересматривают вековые практики: меняют геометрию обрезки и системы формирования лозы, чтобы защитить ягоды от солнечных ожогов, экспериментируют с подвоями и осваивают новые сорта. Один из показательных примеров – Бордо, где разрешили использовать более устойчивые к жаре и засухе сорта, чтобы сохранить привычную структуру вин в условиях роста температур.
Климатические изменения отражаются и на стоимости вина, хотя говорить о глобальном дефиците пока рано. В премиальных регионах вроде Бургундии становится сложнее сохранять традиционные свежесть и элегантность, а подходящих для этого терруаров становится меньше. При высоком спросе это подталкивает цены вверх. Но одновременно потепление открывает для виноделия новые территории, поэтому тотального дефицита или исключительно климатического подорожания базового вина ожидать не стоит.
От тяжелых вин – к свежести и меньшему градусу
Коллаж: Instagram / kleinconstantia, kaboompics.com
Один из главных сдвигов последних лет – запрос на свежесть, высокую кислотность и более легкий стиль. Эпоха тяжелых, дубовых и переэкстрагированных вин 2000-х постепенно уступает место более питким винам. Одновременно тренд на умеренное потребление поддерживает категории с пониженным содержанием алкоголя и безалкогольные альтернативы.
Спрос на такие продукты растет, но перед производителями остается технологическая проблема: именно этанол во многом отвечает за текстуру, ароматическую экстракцию и баланс вина. Поэтому слабоалкогольные и деалкоголизированные версии пока часто уступают традиционным винам в глубине и гастрономической сложности.
Безалкогольное вино при этом уже превратилось в заметную категорию. Оно привлекает людей, которые по личным, религиозным или другим причинам отказываются от алкоголя, но хотят сохранить сам ритуал – бокал, сервировку, сочетание с едой. Однако пока это скорее растущая альтернатива, чем полноценная замена классическому вину.
Отдельная история – натуральные, органические и биодинамические вина. Многие премиальные производители работают по таким принципам ради качества виноградника и терруара, но даже не всегда выносят сертификаты на этикетку. При этом на массовом рынке “натуральность” нередко превращается в маркетинговый инструмент. Органика и биодинамика – это методы работы, а не автоматическая гарантия хорошего вкуса.
Что выбирает новый потребитель
Коллаж: kaboompics.com
Единого глобального винного тренда сегодня практически нет: предпочтения сильно зависят от конкретного рынка и аудитории. В Казахстане среди массового потребителя, например, сохраняют популярность новозеландский Совиньон Блан с его яркой ароматикой и южноитальянские вина вроде Примитиво из Апулии – плотные, мягкие и фруктовые. В профессиональной и увлеченной среде запрос другой: микротерруары, вулканические почвы, высокогорные виноградники, забытые автохтонные сорта и редкие аппелласьоны.
Меняются и привычки молодых потребителей. Проблема не столько в том, что новое поколение полностью отказывается от алкоголя, сколько в конкуренции вина с другими категориями. Вино остается относительно дорогим продуктом, а молодая аудитория во время экономической нестабильности может выбирать более доступные и понятные альтернативы – пиво, коктейли или готовые смешанные напитки.
Есть и проблема коммуникации. Традиционный винный маркетинг по-прежнему часто строится вокруг многовековой истории, сложной терминологии и определенного снобизма, тогда как молодая аудитория привыкла к быстрому и визуальному языку. Там, где законодательство позволяет продвигать алкоголь в соцсетях, эстетика бутылки, короткие видео и инфлюенсеры способны быстро формировать спрос. При строгих ограничениях на рекламу эту роль берут на себя заведения, закрытые комьюнити, сарафанное радио и нативный контент.
Казахстан и вино будущего
Коллаж: Slozhnomarya
Винная культура Казахстана развивается неравномерно. Алматы и Астана заметно отличаются от остальной страны: здесь уже больше 10 лет работают винные школы и Ассоциация сомелье, сформировались профессиональное сообщество и более искушенный потребитель. В винных картах можно встретить вина Тенерифе, редкие органические позиции Нового Света, Бордо и Бургундию, а также экспериментальные релизы – и на них есть спрос.
В регионах рынок пока более консервативен: потребитель чаще выбирает понятные, полусладкие и коммерческие стили. Однако тренды, сформировавшиеся в Алматы и Астане, постепенно распространяются дальше.
В перспективе ближайших 10 лет само вино может пройти путь, похожий на фотографию: технологии поднимут среднее качество массового продукта и позволят практически избавиться от очевидных дефектов. Большая часть рынка станет более стабильной и технологичной.
Но терруарные и авторские вина, скорее всего, никуда не исчезнут. Напротив, на фоне унификации они могут стать чем-то вроде пленочной фотографии – нишевым продуктом, ценность которого заключается именно в происхождении, ручной работе, авторской идее и индивидуальности.
