22.09.2026
Коллаж
Текст: Айжана Шайкенова
Что почитать, чтобы отвлечься от нейрослопа
Подборка литературы на казахском, английском и русском языках
"ИИ-шные" тексты отличаются чрезмерной пунктуацией, штампами и ритмическими повторами. Они переполнены канцеляритом, шаблонными оборотами и сложными конструкциями. Именно так странные формулировки проникают в нашу повседневную речь. Теперь мы часто используем конструкцию "это не X" , а "это Y". Содержание текстов, которые мы читаем, тоже не радует. Качество публикаций откровенно снижается из-за нейрослопа.
Mustafinmag поговорили с тремя писателями и попросили их порекомендовать книги, которые помогут очистить восприятие от алгоритмических штампов и переключить внимание. В этой подборке – художественная литература и нон-фикшен на казахском, английском и русском языках.
Алина Гатина – автор, редактор, основатель издательства ADAM Fiction
Последние несколько лет реальность под влиянием ИИ предлагает нам ускориться, а духовные учителя – замедлиться. Литература же способна дать и то и другое. Одни книги читатель проглотит как фастфуд: они растратят время и не утолят аппетит. Другие потребуют медленной дегустации и записи в поваренной книге – "любимое блюдо", "больше не предлагать".
Ниже подборка текстов (преимущественно короткой прозы), которые потребуют медленного чтения, иногда погружения в язык, метафоры, иносказания, а потому приведут к заземлению. Это позволит удержать "крышечку" в эпоху бездумного скроллинга и типовых текстов от ИИ.
Aspan Production
Сафина Ақтай и ее рассказы:
“Burger King-тегі Элвис Пресли”, “Бағдаршамның жасыл шамы”, “Қақталған тауық сирағы”, “Теңіз құсы”, “Кемпір”, “Ұмыт болған жел”, “Мүлдем жарық жанбайтын терезе”, “20 долларлық Сократтың басы”, “Күміс көбелек”, “Үйге қайтамын. Шаршадым”, “47-2-69”, “Шыны ішіндегі шыңырау”, “Сүйрік”, “Көйлек”, “Ақ перде”, “Жазушы”, “Макаодан келген қонақ”, “Фриктер шеруі”.
Проза Сафины Актай, часто начинаясь как бытовой реализм в духе “жили-были такие-то люди”, уже на первых страницах перерастает в экзистенциальную притчу, где есть место и сюрреализму, и ужасу, и абсурду. При этом “ужасное” в ее прозе не обозначается специальным “страшным” языком, а подается как часть физической реальности. Смерть, старость, одиночество, утрата дома или памяти, наконец, свобода называются не как слова, а используются как состояния и образы, отменяя необходимость писать “сюжетно” в пользу идейно-метафорического бессобытийного письма.
Одна из особенностей стиля Актай – наивная подача, при которой метафизика вещей может сообщаться в лоб, без витиеватостей.
Читаем на казахском языке. Некоторые рассказы переведены на русский.
Издательство “Азбука”
Еще один из производителей экзистенциального обморока – великий Пол Боулз. Навсегда сменив комфортный, рациональный, консьюмеристский Запад на сакраментальный, мистический и стихийный Восток, он поселил там и своих героев, включая Нелсона Даера – незаметного кассира из Нью-Йорка. По прибытии в Танжер тот совершит кражу, подсядет на наркотики и…дальше спойлер про гвоздь, поэтому оставляю его для чтения.
В общем, Даер хотел сменить привычную картинку и обрести новое “Я” (кажется, за этим люди обычно и едут в путешествия), а пришел к тому, что выпустил из себя всех демонов, какие в нем только сидели. Часть, разумеется, прицепилась к Даеру от употребления веществ, которые действуют на белых экспатов особенно разрушительно, когда те легкомысленно решают поиграть с Востоком в “кто кого переглядит”.
Все это Боулз рассказывает спокойным, монотонным, нейтральным языком – без экспрессии, сюжетных хуков и привычного психоанализа: только человек, только пустыня, только сон разума, рождающий чудовищ. Только наше послевкусие от столкновения с бездной.
Читаем по возможности на английском или в переводе. Удивительно и грустно: оба первых переводчика Боулза на русский язык – Сергей Хренов и Василий Кондратьев трагически погибли, упав с высоты.
fantlab.ru
Людмила Петрушевская и ее рассказы:
“Подснежник”, “Гигиена”, “Детский праздник”, “Луны”, “Тень жизни”, “Черное пальто”, “Незрелые ягоды крыжовника”, “Как цветок на заре”, “Юность”, “Смерть поэта”, “История Клариссы”, “Новые робинзоны”, “Сети и ловушки”.
Третий писатель из списка, способный больше многих удивить сломом синтаксиса, предпочитает заглянуть в человеческую бездну не меньше Пола Боулза или Элис Манро.
В прозе Петрушевской найдется место и канцеляриту, и газетному языку, и языку протоколов, и “наивному” синтаксису, и косноязычию, и разговорной манере письма, и фольклорным интонациям, так что, почитав ее раз, как и Платонова, уже ни с кем не спутаешь.
Петрушевская виртуозно работает с жанрами: от натуралистичного (черного) реализма до реализма магического, хоррора, триллера, постапокалипсиса, сказки.
Источником абсолютного зла для нее выступает не сам человек, а бытовой ад, в котором он вынужден жить и которому так сложно противостоять, когда ты кроткая женщина или ребенок.
Читаем на русском языке.
Джонатан Дюпуи – писатель, профессор
В этом мире нейрослопа и почти полной невозможности определить, является ли то, что мы читаем или видим, реальным или сфабрикованным, иронично, что мы утверждаем, будто лучшая реальность находится в художественной литературе. Она дает нам оптику, через которую мы можем прочувствовать эмпатию и увидеть, как живут другие, как они любят и борются. Так, хоть на мгновение, мы можем оказаться в этом другом мире, и наш собственный становится шире.
Вот три рекомендации для борьбы с усталостью от искусственного интеллекта от авторов, использующих уникальные взгляды для повествования своих историй.
Penguin Random House
Джей Макинерни – “Яркие огни, большой город” (Bright Lights, Big City)
Написанный от второго лица, этот роман начинался как рассказ для журнала The Paris Review. Книга ставит читателя на место главного героя и начинается с этой строки: “Тебе, парень, не стоило бы торчать спозаранку в таком месте".
Хотя попытка сделать читателя главным персонажем может показаться отталкивающей или надуманной, повествование плавно проходит через темы любви, утраты, отчуждения, идентичности и дисбаланса между работой и личной жизнью.
Goodreads
Брет Истон Эллис – “Правила секса” (The Rules of Attraction)
Роман рассказывает историю жизни группы студентов колледжа, пытающихся найти свой путь через финансовые трудности, любовные треугольники, безответные чувства и зацикленность на себе в самый важный период своей жизни. Все это происходит в вымышленном студенческом городке, который может показаться знакомым даже самому консервативному читателю.
Главы в романе Эллиса, если их можно так назвать, иногда состоят всего из одного абзаца, а иногда занимают четыре или пять страниц. Но каждая из них рассказывает одну и ту же историю с точки зрения разных персонажей, благодаря чему этот исповедальный стиль сразу же кажется понятным и погружает читателя в атмосферу произведения.
Harper Reach
Джеффри Евгенидис – “Девственницы-самоубийцы” (The Virgin Suicides)
История охватывает период в 13 месяцев в 1970-х годах, когда маленький городок столкнулся с неизмеримой трагедией – гибелью группы молодых девушек. Повествование ведется спустя 20 лет после произошедших событий.
Евгенидис не просто излагает произошедшее через объективного рассказчика или единый голос, а говорит от имени всего коллектива. Все события романа показаны с точки зрения группы повзрослевших мальчиков-подростков, которые были свидетелями происходившего. Вместе они пытаются распутать и понять все, что случилось с семьей и жителями города в центре событий их детства.
Нурайна Сатпаева – писатель, драматург, сценарист
Metropoliss Group
Әлішер Рахат – “Иесіз көлеңке”
Мистический роман, который я рекомендую тем, кто любит таинственные истории с элементами хоррора. Главный герой Шакен оказывается втянут в череду пугающих событий, связанных с загадочным "черным человеком", и постепенно понимает, что за внешней угрозой скрываются его собственные страхи и болезненные воспоминания.
Это современная казахская проза о детстве, одиночестве и страхе, где мистика становится способом говорить о том, что человек порой пытается спрятать даже от самого себя.
Фолиант
Тимур Нигматуллин – “1916. Волчий Кош.”
Приключенческий роман для любителей исторических сюжетов. На фоне Первой мировой войны и назревающего восстания в казахской степи разворачивается история караванщика Халила, который привозит из Бухары в Акмолинск загадочный груз и неожиданно оказывается втянутым в большую политическую игру, где сталкиваются интересы властей, различных сил и простых людей.
Мне особенно близко в этой книге то, что большая история показана через переживания одного человека: его привязанность к родной земле и попытку сохранить себя и своих близких в переломное время.
Wildberries
Маншук Кали – Белый саксаул
Роман для тех, кому интересна современная казахстанская проза и истории о женщине, пытающейся найти свое место между традицией и собственной свободой. Вместе с Улболсын, или Улей, мы проживаем ее историю: от детства и семейных ожиданий до замужества, где особенно остро проявляется конфликт между тем, какой ее хотят видеть окружающие, и тем, кем она сама хочет быть.
Интересен образ саксаула – дерева, которое растет на такырной земле и становится для героини символом стойкости, корней и внутренней силы.
