Почему газеты и журналы снова в тренде

О тактильности, доверии и новых перспективах

В эпоху, когда цифровой контент стал фоном и ритмом повседневности, легко решить, что печатные медиа окончательно уступили место экрану. Мы листаем ленты быстрее, чем успеваем осмыслить увиденное, читаем новости между уведомлениями и живем в режиме постоянного онлайн-присутствия. На этом фоне кажется, что у бумаги просто не осталось шансов – слишком медленная, слишком тихая, слишком требовательная к вниманию.

В этом материале автор Mustafinmag разбирается, действительно ли у печатных СМИ больше перспектив, чем мы думаем.

Печать жива

Одним из факторов, подпитывающих возвращение к печатным медиа, становится растущее стремление к материальности. Его хорошо видно по смежным культурным сигналам – росту продаж виниловых пластинок и устойчивому влиянию BookTok на продажи книг в офлайн-книжных магазинах. Кажется, люди все чаще выбирает не просто потребление, а обладание – коллекционирование вещей, которые совпадают с их вкусами, настроением и самоощущением. При этом им интересно наблюдать и за чужими увлечениями, даже если они не разделяют их напрямую. Все же мы уже пару лет наблюдаем популярность нишевых коллекционеров.

В этом контексте печатные СМИ, особенно работающие с малоизвестными или специфическими темами, выглядят естественным объектом для коллекционирования. Они позволяют обозначить офлайн-идентичность – показать, чем ты живешь, что читаешь и какие смыслы считаешь важными. При этом такие издания удивительным образом перекликаются с эстетикой, популяризированной в интернете. Журналы вроде Weird Walk, соединяющие сельские прогулки, фольклор и данжен-синт, органично вписываются в китчевые, насыщенные деталями интерьеры, которые мы привыкли видеть в TikTok.

Также этот сдвиг можно связать с тем, что называют “цифровым потопом” – состоянием переполненности, бессмысленным контентом, на который пользователь почти не влияет. Когда алгоритмы определяют, что мы видим, возвращение к личному выбору, что читать, смотреть и во что вкладывать внимание, начинает ощущаться как форма освобождения. Сегодня аудитории характерно рассматривать любые медиа как достойное анализа – от серьезных новостей до легких сплетен, часто в одном и том же потоке.

Эта персональная система отбора особенно ярко проявляется в интересе к изделиям ручной работы и DIY-культуре, что хорошо видно на примере Etsy, где число активных покупателей в прошлом году составило 91,5 млн. Печатная продукция занимает здесь особое место. Переплет и продажа фанфиков, которые еще недавно существовали исключительно в рамках закрытых фандомов, демонстрируют желание иметь физическое воплощение истории и публично ассоциировать себя с ней.

Точно так же писатели, дизайнеры, небольшие редакции и сообщества охотно создают собственные журналы и газеты – как подарки, как форму личного юмора или как способ рассказать близким о своей жизни. По сути, это та же логика, что и у тренда PowerPoint-презентаций в TikTok, только перенесенная в бумагу.

Погружение в ностальгию

Ностальгия продолжает задавать тон визуальным и культурным трендам в TikTok. Вирусными становятся слайд-шоу из старых фотографий с Flickr под меланхоличную музыку и разборы веб-эстетики начала 2000-х. Это не просто мода на визуальные приемы, а попытка вернуться в более наивное, предсказуемое цифровое прошлое. Стремление заново пережить фрагменты детства лежит и в основе бума коллекционирования физических носителей. Материальные объекты становятся якорями памяти, способом удержать ощущение времени, когда мир казался медленнее и понятнее.

Логично, что этот процесс затрагивает и печатную индустрию. Журналы, особенно независимые, все чаще оказываются в резонансе с вирусными ностальгическими волнами – по эстетике, темам, визуальному языку. В такие моменты печать перестает быть просто носителем текста и превращается в продолжение коллективного воспоминания, в объект, который хочется не пролистать, а сохранить. К тому же печатные медиа сегодня все чаще воспринимают как премиальный, нишевый и высоко доверяемый канал. От The New York Times до The Guardian крупные редакции открыто говорят о возвращении интереса к журналам – как массовым, так и независимым. По той же логике к бумаге возвращаются и бренды вроде BBC, NME и Forbes.

Текст, который не исправишь

Постепенное размывание границ между классическим репортажем и видео эссе на YouTube, часто разного уровня качества, вновь обострило разговор о плагиате и авторстве. Эта среда, подпитываемая логикой самосуда и “коллективных разоблачений”, корни которых уходят в Reddit, создает иллюзию открытости, за которой скрывается уязвимость контента. В интернете может писать каждый – и почти каждый может быть скопирован.

Печатный источник информации в этом смысле остается территорией с более высоким порогом входа. Попасть на его страницы сложнее, а сам факт публикации фиксирует текст во времени – без скрытых правок, переписываний задним числом и алгоритмических подмен. Это делает печать менее подверженной плагиату и манипуляциям. Читатели это чувствуют – если не рационально, то интуитивно, воспринимая газеты и журналы как более легитимный и надежный источник информации по сравнению с бесконечным цифровым потоком.

Та же логика доверия распространяется и на рекламу. Несмотря на более высокую стоимость по сравнению с цифровыми форматами, печатная реклама часто показывает лучшую отдачу. Она живет дольше – газета на столике в кафе или в приемной врача задерживает взгляд куда дольше, чем пролистанная статья в браузере. Для локальных медиа это особенно важно. Местные бизнесы нередко видят большую ценность в объявлении о событии или распродаже в следующем номере газеты или журнала, чем в баннере на сайте. Печать в этом случае работает как присутствие – спокойное, устойчивое и заметное. Именно это качество сегодня снова возвращает ей вес.

Сенсорное восприятие и эстетика 

Одно из ключевых преимуществ печатных изданий – телесность опыта, который они предлагают. В отличие от цифрового контента, существующего за стеклом экрана, журнал и газета вовлекают сразу несколько чувств. Фактура бумаги, вес в руках, запах свежей краски. Для многих листание качественного журнала похоже на дегустацию сложного блюда. Это не быстрый “перекус! информацией, а скорее ритуал – медленный, успокаивающий, позволяющий выйти из режима постоянной реакции.

К тому же исследования показывают, что печатный текст лучше удерживается в памяти и глубже осмысливается по сравнению с электронным. Это особенно важно для тех, кто выбирает длинные формы – обстоятельные статьи, эссе, сложные нарративы, с которыми печать по-прежнему справляется лучше всего.

В контексте минимализма и осознанного образа жизни журналы и газеты все чаще воспринимаются как эстетические объекты. Обложки с журналов продуманным дизайном, плотная бумага, выразительные иллюстрации превращают их из носителя информации в предмет, с которым хочется жить рядом. Печатные СМИ становятся частью интерьера, визуальной паузой, точкой притяжения взгляда. Журнальный столик с аккуратно разложенными выпусками – это не просто элемент декора, но и приглашение к разговору. Лимитированные и специальные номера усиливают этот эффект, добавляя изданиям коллекционную ценность и ощущение уникальности.

Наконец, физические медиа работают как архивы культуры. Они фиксируют время – его идеи, визуальный язык, тревоги и надежды. К ним возвращаются спустя годы, уже с другим опытом и в другом контексте. Именно это архивное измерение делает печатные издания важными не только для коллекционеров, но и для тех, кто ищет в культуре не мгновенную реакцию, а длительное присутствие.

А что в Казахстане 

2 февраля в Казахстане отмечается Национальный день печати – дата, учрежденная в память о выходе первой казахской общественно-политической газеты “Қазақ”.

Сегодня печатные СМИ количественно по-прежнему остаются самой крупной частью медиарынка Казахстан. По данным Минкульта, на конец 2025 года в стране зарегистрировано 3 067 периодических печатных изданий – 1932 газеты и 1135 журналов. При этом реальная картина сложнее: часть проектов выходит с минимальной периодичностью и малыми тиражами, а некоторые существуют скорее формально, чем как живые медиа.

На этом фоне государственная политика в отношении печатных СМИ в последние годы сместилась от масштабных программ к точечной поддержке. Ключевой мерой стало введение пониженной ставки НДС в размере 10% для периодических печатных изданий.

Эта поддержка не решает всех системных проблем отрасли, но фиксирует важный сдвиг: печать перестает рассматриваться как уходящий формат и все чаще воспринимается как уязвимый, но значимый элемент медиаландшафта.

тренды газета журналы печатные издания